«Я не советую медикам излишне откровенничать со СМИ, приставами и адвокатами»

«Я не советую медикам излишне откровенничать со СМИ, приставами и адвокатами»

Свежие Фото и видео "Я не советую медикам излишне откровенничать со СМИ, приставами и адвокатами"

Анжелика Ремез. Фото: из личного архива

2 июля 2018 года, 09:35
Комментировать

Читать еще:
врачебная тайна, медицинское право

Врачебная тайна – понятие одновременно медицинское, правовое и этическое. А в вопросах ее раскрытия – множество нюансов, сталкиваясь с которыми, медучреждения зачастую не знают, как поступить. Особенно, если на разглашении тайны настаивают «серьезные инстанции». О правах медработников, как ими пользоваться и не поддаваться незаконному давлению, в «ликбезе» эксперта Национальной медицинской палаты,  конфликтолога, управляющего партнера юридической группы «Ремез, Печерей и Партнеры» Анжелики Ремез.

Врачебная тайна – однозначный законодательный запрет разглашатьсведения о больном без его согласия. Почему же здесь возникает столько разногласий?

— Вопросы правового регулирования врачебной тайны  не так просты, как может показаться на первый взгляд. У пациента препятствий для получения информации о состоянии собственного здоровья нет. Согласно ст. 22 ФЗ №323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», он имеет право получить информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах обследования, диагнозе и прогнозе заболевания, методах лечения. Кроме того, пациент или его законный представитель может непосредственно знакомиться с медицинской документацией, получать меддокументы, их копии и выписки из них.

Однако совсем другое дело, если речь идет о получении такой информации другими заинтересованными лицами, в том числе родственниками. Здесь вступает в силу понятие «врачебной тайны» – соблюдение тайны о самом факте обращения гражданина за медпомощью, а также любых сведениях, полученных при медобследовании и лечении. На практике же часто к врачу за информацией обращаются именно близкие пациента.

И как в этом случае следует поступать врачу?

— По закону сообщать любую информацию о больном допускается с его письменного согласия. В утвержденную приказом Минздрава России 1177Nформу информированного добровольного согласияпациент может вписать сведения о людях, которым он доверяет передавать информацию, и какую именно.

Наиболее сложной становится ситуация в случае смерти пациента, после наступления которой, согласно ст. 188 ГК РФ, прекращается действие выданной им при жизни доверенности. Поэтому разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, после смерти человека не допускается ни в каком случае. Это определенная патовая ситуация в нашем законодательстве, провоцирующая конфликты между врачами и родственниками пациентов. И я рекомендую медикам терпеливо объяснять людям, что, хотя самим им нечего скрывать, но таково требование законодательства.

Читайте ещё  Исчезнувшая "болезнь". ВОЗ больше не классифицирует трансгендеров как психически больных

Но, конечно, многие граждане и сами в курсе о существовании этой статьи закона и для того, чтобы получить интересующую их информацию, обращаются в прокуратуру, жалуются в Следственный комитет. А те уже могут возбудить проверки, в рамках которых истребуют документацию. Однако, и при проведении прокурорской проверки, и в ходе следствия, «заглянуть» в медицинскую документацию родственники пациента все равно не смогут – содержащиеся там сведения разглашению не подлежат. Фактически, единственный способ познакомиться с медицинской документацией есть только в суде, когда используя право стороны истца, в ходе судебного процесса, родственники как процессуальные стороны могут  знакомиться с материалами дела.

А кто еще может официально получать такую информацию?

— Запросы на разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, поступают сегодня от множества различных инстанций. И медорганизации зачастую не знают, как им поступить. Дело в том, что здесь есть немало тонкостей.С одной стороны, предоставление таких сведений без согласия гражданина или его законного представителя допускается по запросу, в том числе, органов дознания и следствия. С другой стороны, следует помнить, что речь идет о предоставлении информации только в рамках расследования или проверки уголовного дела.

Например.

— Например, существуют органы дознания, сформированные при службе судебных приставов. И недавно в одно медучреждение из службы судебных приставов-исполнителей пришел запрос, касающийся пациента, являющегося крупным должником по решению гражданского суда. Приставы хотели узнать, обращался ли этот человек в конкретные дни за медицинской помощью. Клиника попросила нашего совета, и мы подготовили от ее имени обоснованный отказ, так как служба судебных приставов не входит в закрытый перечень органов, которым допустимо раскрытие такой информации.

В перечень, который содержится в п.3 ч.4 ст.13 Федерального закона 323, входят органы дознания и следствия, суд, органы прокуратуры и уголовно-исполнительной системы. В этом списке нет гражданской системы приставов-исполнителей, которая работает по взысканию долгов. Тем не менее, получивший отказ пристав-исполнитель начал угрожать руководителю клиники уголовным преследованием за препятствование исполнительской деятельности, на основании 229-ФЗ «Об исполнительной системе». Но дело в том, что этот закон регулирует деятельность приставов, а к медицинской деятельности никакого отношения он не имеет. Законами для медорганизации является Гражданский кодекс РФ и 323-ФЗ, запрещающий раскрывать без согласия пациента даже факт посещения им клиники.

Читайте ещё  «Когда стоишь одной ногой в могиле»: история одной победы над раком

Приставы часто ссылаются на ст. 6 ФЗ «Об исполнительном производстве» как на обязательность исполнения своих требований. Но эти требования должны быть законными – то есть, они не могут нарушать законодательства ни своего, ни иного специального.  Выполнив требования пристава, клиника могла бы попасть под действие сразу трех областей права – административной, гражданской и даже уголовной. Статья 13.14 КоАП предполагает штраф от 4 до 5 тысяч рублей. По ст. 137 УК РФ привлекается лицо, которое «распространило сведения», содержащее врачебную тайну, то есть подписало ответ на запрос. И наказание здесь составляет уже от 200 тыс.руб. до реального срока заключения и отстранения от деятельности. Кроме того, пациент может подать гражданский иск о компенсации морального вреда, и будет прав.

И, наверное, еще чаще, чем приставы, интересуются такими сведениями адвокаты.

— Да. И в связи с адвокатскими запросами также возникает много вопросов. В нашей практике были случаи, когда главных врачей привлекали к административной ответственности по ст.5.39 КоАП РФ за игнорирование адвокатского запроса (штраф от 5 до 10 тысяч рублей). И здесь важно разделять понятия игнорирование и отказ в предоставлении сведений. А также учитывать несколько важных моментов. Во-первых, статья о врачебной тайне не включает в себя раскрытие тайны адвокату, то есть одного адвокатского статуса для этого недостаточно. Во-вторых, ознакомление, а также получение копий с медицинской документацией пациента возможно только на основании доверенности от самого пациента. И наконец, адвокат имеет право делать запрос только в отношении своих доверителей, но не в отношении третьих лиц.

Сегодня адвокаты нередко делают запросы не в отношении своих доверителей, а в отношении их оппонентов, и медучреждения совершают большую ошибку, предоставляя им информацию. Если адвокатский запрос правомерен, и адвокат имеет соответствующие полномочия, то ответ ему должен быть дан в течение 30 дней. В любом другом случае клиника должна отказаться раскрывать врачебную тайну. Но ответ с отказом она все равно обязана отправить в течение тех же 30 дней.

Читайте ещё  Подробности о смерти Принса. Что нужно знать о препарате, убившем звезду

Кроме того, сегодня информацию, составляющую врачебную тайну все чаще запрашивают СМИ. Нередко пациенты сами обращаются в СМИ, особенно, когда речь идет о негативном опыте лечения их самих или их родственников. В этом случае пациент, как правило, сам раскрывает врачебную тайну журналистам, но это не снимает обязанности хранить врачебную тайну с клиники. Поэтому я не рекомендую медицинским организациям излишне откровенничать со СМИ. Даже если пациент уже сам все о себе рассказал, то клиника не должна спешить ни подтвердить, ни опровергнуть эти факты по запросу СМИ, пока не получит согласия на снятие режима врачебной тайны от этого пациента.

В этой ситуации клиника оказывается «заложником ситуации». Однако она вправе оспорить публикацию в судебном процессе о защите чести, достоинства и деловой репутации. Гражданский процесс строится на принципе гласности, и если делу не присвоен закрытий статус, то на него свободно могут прийти все желающие, в том числе и представители СМИ.

Источник: medportal.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *